В октябре 2025 года TG House запустил Queer Re-Start — школу квир-активизма. Её главная задача — помочь активист_кам из Беларуси начать или продолжить свою деятельность.

Обучение не закончилось на получении сертификатов. Под менторским сопровождением школы выпускники перешли к практике, реализуя свои мероприятия и проекты.

В этом интервью выпускница Ирина рассказывает, как сочетать любовь к традициям с борьбой за права человека, почему демократия не может «подождать» и как обучение помогло ей превратить смелую идею в реальное дело.

— Ирина, расскажи о себе: как ты пришла в общественную деятельность и в каких инициативах участвовала до Школы?

— Мой путь в активизм начался в 2024 году, когда я присоединилась к фундации «Спадчына Беларуси». Это было незадолго до Марша равенства во Вроцлаве (Польша). Меня невероятно вдохновил лозунг: «Каждый заслуживает любви». Знаете, даже в демократическом обществе сохраняется высокий градус гомофобии, но я убеждена: право на демократию есть у всех.

Часто транслируется мысль: «Сначала мы построим в Беларуси демократию, а вы - ЛГБТК+ сообщество - подождите». Но мы, представители сообщества, сражались за свободу Беларуси наравне со всеми и имеем полное право быть частью этого будущего уже сейчас.

Мы имеем такое же право использовать национальные символы. Я ощущаю себя беларуской, люблю наши традиции, но верю, что их можно и нужно переосмыслить на современный лад. В нашей фундации мы, например, сделали серию вышиванок на тему ЛГБТК+.

До Школы у меня уже был небольшой опыт организации арт-терапии для квир-персон, поэтому в качестве своего проекта решила организовать такое же мероприятие.

— Как ты узнала о Школе квир-активизма и что подтолкнуло тебя подать заявку?

— Я веду соцсети своей организации, поэтому постоянно мониторю инфополе. Увидела анонс Queer Re-Start в Instagram и Telegram-канале. Я давно слежу за деятельностью TG House и мне импонирует, как вы эволюционировали: начинали как специализированная организация для транс-персон, а теперь помогаете всему сообществу, даете возможность учиться каждому. Это и стало решающим фактором.

— Как для тебя прошло само обучение? Что было самым сложным, а что — самым поддерживающим?

— Атмосфера была очень дружеской. Огромный плюс — это поддержка в чате: участники школы и менторы делились литературой, методичками, помогали разобраться в сложных темах.

Весь процесс был очень информативным. Ты слушаешь спикеров, соотносишь их опыт со своей жизнью, в чем-то соглашаешься, в чем-то нет, но в итоге все это встраивается в твою повседневную практику.

Больше всего меня впечатлило то, насколько объемным и детальным оказалось это обучение. Оно помогло мне разобраться в тонкостях, которые раньше оставались в тени. Например, у меня не было большого опыта общения с транс-персонами в процессе перехода, но благодаря Школе я узнала гораздо больше. Теперь я точно знаю, как правильно формулировать мысли и строить общение, чтобы быть бережной и инклюзивной.

— После Школы ты реализовала свой мини-проект. Расскажи, как он родился?

— Четкой идеи в начале пути не было. Мы просто понимали, что арт-формат — это то, что мы реально можем потянуть. К концу обучения идея оформилась в конкретный проект по арт-терапии для квир-персон. Огромную роль сыграла поддержка внутри моей организации и понимание важности инклюзии. Мы нашли дружелюбного арт-терапевта для проекта, который готов работать с квир-людьми.

— Какие знания и инструменты со школы оказались для тебя самыми полезными?

— Обучение в Школе стало для меня настоящим интенсивом по развитию в активизме. Нам дали невероятно разнообразный стек инструментов: от продвинутого сторителлинга и работы с нейросетями до юридических тонкостей международной адвокации.

— Ты также участвовала в стратегической сессии. Какие инструменты ты вынесла оттуда?

— Сессия подсветила многие практические вещи. Мы поняли, как фонды поддерживают квир-инициативы, какие условия необходимы для получения финансирования своего проекта. О некоторых организациях, которые поддерживают ЛГБТК-инициативы, я даже не слышала. Например, на сессии присутствовали представители двух шведских организаций, о которых я раньше не знала – а они, оказывается, работают именно с начинающими проектами и идеально подходят для таких молодых инициатив, как наша.

Я завязала много контактов на перспективу. Теперь, даже если у нас в команде нет узкого специалиста (например, по работе с транс-людьми), мы знаем, к кому направить человека за квалифицированной помощью.

— Каким ты видишь свое дальнейшее участие в жизни сообщества?

— Обучение вселило в меня уверенность. Была одна фраза, которая врезалась в память: «А кто сказал, что у тебя будет только одна попытка?». Все возможно, а невозможное просто требует больше времени и сил.

Планов много, но есть и суровая реальность. Мы все — эмигранты, мы работаем на основных работах, а активизмом занимаемся буквально «на святом духе». У нашей организации «Спадчына Беларуси» нет своего помещения, нет стабильного финансирования, мы часто сами скидываемся на необходимые вещи. Это ограничивает количество людей, которых мы можем пригласить на мероприятия, потому что аренда стоит дорого. Но я буду искать гранты и возможности, чтобы и дальше развивать свой проект и организовывать сеансы арт-терапии.

— Что для тебя сейчас самое важное в этой работе?

— Видимость и просвещение. Я вижу, как много вокруг единомышленников. Даже если не все мои идеи реализуются прямо сейчас, я знаю, что мы закладываем основу для будущего.